Томаевы, Томашвили

Родиной Томаевых считается с. Кора Куртатинского ущелья. Анализ собранного во время полевых экспедиций этнографического материала привел профессора Б. А. Калоева к выводу о некоторых особенностях Томаевых, живших в Закинском ущелье, отличавших их от других членов фамилии. Жившие компактно в с. Ногкау Томаевы здесь были известны по прозвищу Мыката, не поддающемуся ни расшифровке, ни определению времени его происхождения. До сих пор закинских Томаевых иногда называют этим прозвищем.

Профессор Б. А. Калоев полагал, что в селения Зака, Верхний и Нижний Рук Томаевы попали из Северной Осетии; однако вполне могло быть и наоборот — Томаевы из с. Кора сначала освоили верховья р. Ардон и лишь затем перебрались в Южную Осетию.

Возвращаясь к с. Ногкау, отметим обилие разнообразных архитектурных комплексов. Это галуан Басиевых, гæнах Калоевых, мæсыг Таболовых; выявлено еще несколько башен, из которых по меньшей мере две принадлежали Томаевым. Одна из них — пятиярусная, расположена в западной части села на невысоком холме; в плане она четырехугольная (5,0×5,4 м). Сложена насухо из разноразмерных, грубо обработанных камней, внутри (на уровне 2-го яруса) обмазана глиной. Башня окружена руинами жилых и хозяйственных построек. Вторая башня находилась на возвышенности в центре села; также в плане четырехугольная (4,8×4,8), сохранилась на высоту четырех ярусов, также сложена насухо, но из сланцевых плит.

Томаевы причисляют себя к роду Агузата. Согласно этой версии, женой Алгуза была «Эстер, дочка чеченского царя Каирхана» («Поэма об Алгузе», авт. И. Ялгузидзе). Старший сын Алгуза — Хундаг — женился на Бигуловой, которая родила ему четырех сыновей: Тома, Дзго, Бекузара и Апсауа. Братья стали родоначальниками трех родственных фамилий — Томаевых, Дзгоевых, Бекузаровых.

Рассматривая версии родословной Томаевых, обратим внимание, что местом первоначального проживания внуков Алгуза называется селение Холст Алагирского ущелья. Позже Томаевы, став кровниками Джаджиевых, перебрались в Куртатинское ущелье и основали там аул Кора. Дзго обосновался в Санибе, Бекузар остался в Холсте. Там до сих пор стоит родовая башня Бекузаровых. Итак, большинство версий родословной Томаевых предков фамилии выводит из с. Кора Куртатинского ущелья. В прошении Асланбека и Татаркана Томаевых в Комитет по разбору сословно-поземельных прав горцев Кубанской и Терской областей подчеркивалось: «Фамилия Томаевых пользовалась и пользуется среди всех окружающих обществ неопровержимым дворянским достоинством. Действительность эту могут подтвердить все окружающие нас общества, как то: баделята, тагаурцы, нарцы, куртатинцы и алагирцы. Предки наши всегда служили верою и правдою как грузинским царям, так впоследствии и великим государям российским, почему за таковую службу наших предков фамилия наша пользовалась истинным дворянским достоинством не в глазах одних только осетин, но и в глазах как грузинских, так и российских царей. Получили наши предки различные грамоты от сказанного правительства, но все таковые наши подлинные документы были потребованы у нас в Тифлисское дворянское депутатское собрание».

Из письма от 30 января 1888 г. в тот же сословно-поземельный комитет видно, что еще в 1872 г. Асланбек Томаев предоставил чиновникам ряд документов: 1) свидетельство о почетном происхождении Томаевых; 2) грамоту № 3902; 3) грамоту № 73; 4) свидетельство № 208; 5) свидетельство на грузинском языке.

Шамиль Козонов вспоминает, что много лет тому назад от Хаджиумара Томаева из с. Нарт слышал, что далекий предок Козоновых находился в кровном родстве с Томаевыми. А Хаджиумар слышал это от нескольких представителей старшего поколения своей фамилии. Согласно данной версии, Томаевы жили в Куртатинском ущелье, на большой поляне на левом берегу реки в с. Верхний Кора. Пересеченная местность около села, самой природой созданные укрытия вблизи перевальных дорог и тропинок служили убежищем для групп абреков и разбойников-одиночек. Одним из таких лихих людей был Уацц Томаев, который, перебравшись в с. Рук, назвал себя Козоновым. Он принадлежал к одной из самых богатых ветвей Томаевых. Они владели большими стадами овец, крупного рогатого скота, табунами лошадей.

Уацц был отважным, благородным, хлебосольным человеком. Однажды на дороге он встретился с сыном какого-то кабардинского князя, который вел себя заносчиво, оскорбил его, за что был тут же убит. Спасаясь от кровников, Уацц перебрался в с. Нар, а затем — в с. Рук. Здесь в то время проживали Плиевы (три двора) и Козоновы (три двора). Габул Козонов, увидев Уацца и поговорив с его матерью, предложил им сменить фамилию и назвать себя Козоновыми. Новое место жительства пришлось по душе Томаевым. По сравнению с их родным селом здесь было много леса, достаточное количество пашни, сенокосы, множество диких зверей. Через какое-то время из-за угроз кровников из с. Кора сюда прибыли родственники Уацца. Но они не поменяли фамилию, остались Томаевыми.

Грамоты грузинских царей XVIII в., документы XVIII—XIX вв. российской администрации на Кавказе однозначно говорят о Томаевых как о «дворянах» (азнаурах), «старшинах» из с. Кора, владевших большими участками земель, имевших зависимых крестьян, в том числе кавдасардов. Их собственность состояла не только из большого числа земельных угодий, скота, но и из значительного числа наличных денег. Где бы Томаевы ни находились, они всюду выступали как крепкие хозяева.

В документах XVIII—XIX вв. Томаевы проходят как «старшины деревни Кора». В «Списке осетинских старшин», составленном Афанасием Батыревым 10 ноября 1774 г., указан «старшина деревни Кора Бата Томаев». Здесь же указан и другой представитель Томаевых: «в деревне Кора за содержание меня с командою и за препровождение тамошнему старшине Шангирею разными вещами (уплачено) на 7 рублей».

Грузинские письменные документы зафиксировали получение Томаевыми земельных участков в Грузии. Так, в 1789 г. они стали собственниками большого участка в Цхрадзма — в ущелье у истоков Большой Лиахвы, входившем в состав Ксанского эриставства. В другом документе отмечено, что Болатико Томаев владел наделом в с. Кетере.

В 1746 г. Шанше Эристави выдал дарственную грамоту Дахчико Томаеву: «Эту надежную книгу Эристави Шанше и брат мой куларагас Иессе дали тебе, Томашвили Дахчико, за то, что во время войн с арагвскими эриставами много и честно служили нам, много сделали. Чем только сможем, всегда будем к вам милостивы и желать всего доброго. Будет по воле вашей приходить в наш дом и уходить. Пусть никто не обидит вас, в противном случае всех примем как согрешивших перед нами».

11 ноября 1755 г. имеретинский царь Соломон I выдал дарственную грамоту Тома Томашвили: «С Божьей милостью владелец всей Имеретии Соломон, сын царя Александра, приказываю всем служащим двора моего, чтобы этому Томашвили, называемому Б(атоше) Тома, за преданность в службе нам установили в год сорок марчили (1 марчили = 40 копеек; 40 марчили = 16 рублей) серебра. Он должен эту сумму получать и, если будет преданным нам, никогда не прекратится выдача со стороны нашего дома и потомства».

Дарственную грамоту от грузинского царевича в январе 1789 г. получил Давид Томаев: «Мы, сын царевича Грузии Георгия, царевич Давид, сделали вам милость, троим братьям — Георгию, Вахтангу и Хвтисиа. Вы просили такую милость, и мы вашу просьбу удовлетворили: даровали братьям имение Сосмалети, от всех людей неоспоримо, владейте им в преданной нам службе. Ни мы, ни братья наши в продолжение трёх лет после поселения ничего не будем требовать от вас, а после трёх лет, каков имеется порядок на владение имением, так служите нам. В таком смысле даём вам эту милость».

13 февраля 1793 г. Георгий XII издал распоряжение, касавшееся вышеназванных Томаевых: «Добро вспоминаемый царевичем Георгием Амилахваришвили Эраст. На усадебном месте Набичвришвилевых в Сакаринтло проживают Томашвилевы: Георгий, Вахтанг и Хвтисиа. Поручается вам заострить слух и внимание на них, чтобы никто не обижал. Если у нас будет какая-нибудь просьба, напишем вам подробно. Что этим протоколом приказано господином (батони) отцом моим, подтверждаю».

Ещё раньше, 9 ноября 1789 г., Ираклий II выдал ещё одну дарственную грамоту: «Мы, царь Ираклий, дали эту книгу милости тебе, Томашвили Варикана, племяннику Ирану, за то, что ты принял христианство и женился на дочери (помещика) Павленишвили, и никто не будет препятствовать твоему хождению к нам. Кто послушен (подчиняется) нашему приказу, не смейте его обидеть, в противном случае потребуем с них, как за погрешность против нас».

В 1781 г. в Осетии побывал подполковник Генерального штаба России Л. Л. Штедер. В его дневнике содержится небольшой рассказ о с. Кора. На берегу р. Фиагдон капитан «обнаружил различные богатые куски руды. Ни одна местность не показалась мне такой богатой минералами, как эта, и я нашёл здесь топазы и горный хрусталь, которые лежат кругом реки с большим количеством кварца». Высоко в горах, на крутом холме, «находящемся посредине долины, лежат старые каменные жилища, обнесённые стенами и башнями, в большинстве развалившимися и плохо содержащимися». В 4-х верстах к западу «на возвышенности лежит другое селение», где А. Л. Штедер и его спутники «переночевали у старшины Томайта, богатого человека. Это местечко обособлено... и имеет на обнажённых, лежащих кругом горах, хорошие пастбища и стада». Уже отсюда ветви Томаевых расселились во многие населённые пункты Северной и Южной Осетии.

В фонде «Кизлярского коменданта» Центрального архива Дагестана нам удалось обнаружить ряд документов, связанных с ранней историей Томаевых. В частности, в «Ведомости крещённых в Моздоке осетин» от 17 февраля 1766 г. значится: «из урочища Хилак старшина Аоли Томаев, а во крещении Леонтий Михайлов, жена его — во крещении Настасья Кондратьева, при них дети: 1) сын Тотраз, а во крещении Пётр, 2) Джанбулат, а во крещении Давид, 3) дочь Китеса, а во крещении Ирина... Брат его Джаба Томаев, а во крещении Варфоломей».

В «Ведомости выдачи ржаной муки осетинам и кабардинцам, проживавшим в Моздоке» от 8 декабря 1765 г. значится упомянутый выше житель Кора, после крещения ставший Иваном Васильевым, коему было выдано «три четверти хлеба». В записи от 20 января 1766 г. сохранилась запись о выдаче четырёх четвертей хлеба «из урочища Хилак старшине Леонтию Томаеву»; столько же провианта было выдано «из оного же урочища Хилак осетинцу Варфоломею Томаеву».

***

Томаевы издавна служили под российскими знаменами. Еще в «горской команде», называемой «Моздокские казачьи братья», начавшей формироваться в 1763 г., отмечен Михаил Томаев. Активное переселение Томаевых в моздокские степи привело к возникновению в 1837 г. хутора Томаевых.

Некоторые представители фамилии служили в Собственном Его Императорского Величества Конвое. Осетинские всадники, служившие в Собственном Его Императорского Величества Конвое, играли заметную роль и в парадной службе, которой император придавал особую роль и очень гордился ею. Во время парадных выездов казаки стреляли из ружей, нагибаясь в разные стороны, поднимали папахи, на всем скаку соскакивали и опять садились на коней, неслись парами, стоя на седлах, и даже трое на двух лошадях, причем один взбирался на плечи своих товарищей. Многие из осетинских конвойцев были отмечены императором, а некоторые получили медали, в их числе — Иван Томаев.

Особой известностью и популярностью среди жителей Северной и Южной Осетии пользовался Магомет Томаев. Ему посвящено несколько песен и преданий, в которых воспеваются его смелость и отвага в борьбе с угнетателями.

Данное историческое предание основано на вполне реальном историческом факте — выступлении крестьян во главе с офицером русской армии Магометом Томаевым против усилившейся эксплуатации. В мае 1850 г. в Джавское ущелье для борьбы с повстанцами направили войска из Тифлиса и Северного Кавказа. Справа от входа в Рукский тоннель на трассе перевальной тропы есть выступ, известный под названием Мæхæмæты хæцæн (место сражения Магомета). Здесь повстанцы дали последнее сражение и с боями отступили на Северный Кавказ. Восстание было подавлено, а Магомет Томаев в 1851 г. сослан в Сибирь.

Приговор гласил: «За сделанное против правительства возмущение, по последующей конфирмации, сослан в Сибирь, в город Томск на вечное поселение». Леван, отец Коста Хетагурова, офицер русской армии, от имени жителей Нарского общества Осетинского округа Терской области 22 августа 1868 г. написал письмо наместнику Кавказа, командующему Кавказской армией, генералу, великому князю Михаилу. Послание содержало просьбу о помиловании Магомета. Письмо это появилось сразу же после посещения великим князем Нарского ущелья. Леван дипломатично отметил, что «общество наше к поимке названного преступника оказало усердное содействие, невзирая на родство, связывавшее его с некоторыми членами нашего общества. Ныне, основываясь на чувстве человеколюбия и принимая во внимание (его) долговременное отчуждение от родины, общество наше повергается к стопам Вашего Императорского Высочества со всепокорнейшею просьбою исходатайствовать у Государя Императора помилование прапорщику Томаеву, возвратив его на родину». Далее Леван Хетагуров отметил, что Нарское общество, «всегда верное престолу его величества», воспримет помилование Магомета «как высочайшую награду» за верную службу осетин Государю Императору».

Начался поиск судебных бумаг, связанных с делом М. Томаева. 28 сентября 1868 г. канцелярия начальника Терской области поручила начальнику Осетинского округа провести «подробный опрос нарских жителей, где именно был судим прапорщик Томаев», а также выяснить, «по чьему распоряжению и когда именно... был выслан из края, так как сведений этих по справкам не оказалось ни в областной канцелярии, ни в штабе войск Терской области». Результаты просили «донести генерал-адъютанту Лорис-Меликову».

20 ноября того же года начальник Алагиро-Мамисонского участка сообщил начальнику Осетинского округа: «Сосланный прапорщик Томаев судился в Тифлисском губернском суде и сослан в 1851 г. в Томск по распоряжению бывшего в то время тифлисского губернатора, ныне покойного князя Ивана Михайловича Андроникова. Причем житель Нарского общества Таймураз Касабиев присовокупил, что копии со всех этих бумаг по этому делу имеются в настоящее время у жителя Куртатии прапорщика милиции Мысирби Гутиева».

М. Гутиев действительно хранил бумаги по этому делу и предоставил копию приказа военного министра от 29 декабря 1851 г., в коем сказано, что по решению «главнокомандующего отдельным Кавказским корпусом... прапорщик из осетин Магомет Томаев... за противозаконные поступки лишается чина и ссылается на житие в Томскую губернию».

Попытки чиновников отыскать следы Магомета в Сибири не увенчались успехом. Губернатор Томской области в письме от 15 июня 1870 г. сообщал начальнику Терской области: «Бывший житель... селения Роки Магомет Томаев, сосланный в 1851 г. за противозаконные поступки на жительство в Томскую губернию, с 1855 г. находится в неизвестной отлучке, как донесло Томское окружное полицейское управление, а потому просимых сведений о нем не представляется возможным сообщить».

В связи с последним сюжетом становятся понятными указания отдельных вариантов исторических преданий о бегстве Магомета Томаева из Сибири.

***

Бибо Томаев — известный осетинский сказитель конца XIX в.

Хасанбек Владимирович Томаев (1937—1991) — мастер спорта СССР, заслуженный тренер РСФСР по вольной борьбе.

Зелимхан Батырбекович Томаев (1937) — президент республиканской Ассоциации крестьянских хозяйств и сельскохозяйственных кооперативов.

Ада Борисовна Томаева (1940) — заслуженный работник культуры РФ и РСО—Алания, руководитель творческого объединения художественных программ Гостелерадиокомпании «Алания», поэт, лауреат профессиональных журналистских премий.

Мишурхан Мисирбиевна Томаева (1940) — прозаик, директор Музея осетинской литературы им. К. Хетагурова.

Борис Михайлович Томаев (1941) — профессор, заместитель министра строительства и архитектуры РСО—Алания, председатель Государственного комитета РСО—Алания по строительству и архитектуре (1995—1999), директор Владикавказского филиала СГА. Имеет государственные награды.

Олег Батырбекович Томаев (1957) — мастер спорта международного класса по футболу. Был членом сборной команды СССР, которая на Сурдлимпийских играх в г. Кельне (Германия) стала чемпионом (1981).

Омар Владимирович Томаев (1960—1992) — мастер спорта по рукопашному бою, мастер спорта по карате, призер чемпионатов мира, Европы, России.

Ирбек Ахсарбекович Томаев (1963) — заместитель председателя Правительства РСО—Алания, имеет государственные награды.

Казбек Шамильевич Томаев (1979) — министр экономического развития РСО—Алания.

Лиза Алихановна Томаева — заслуженный учитель РФ, отличник народного образования, имеет государственные награды.