Карабугаевы

Первая часть фамилии кара дословно означает «черный». Однако очень рано в тюркских именах и титулах кара использовалось в значении «великий», «могучий». Вторая часть — буга — «герой». Таким образом, карабуга означает «великий герой». Впервые в письменных источниках царгасата упоминаются в материалах российских посольств середины XVII в. В частности, послы стольник Толочанов и дьяк Иевлев на пути в Имеретию (1650—1652). Им задали вопрос: «Отколе пришли, и какава владения люди, и для чево пришли. И они сказались дигорцы. Жилище их в горах, вверх по реке по Урухе, а владелец у них Алкас-мурза Карабгаев; а владенья его четыре кабака».

Следующее известие о с. Стур-Дигора приходится на 1743 г. Коллегия иностранных дел России через кабардинских владельцев Магомета Атажукина и Адильгирея Гиляксанова, а также костиковского владельца Алиша Хамзина получила «известия о горских народах». В этом описании народов Северного Кавказа отмечен «седьмой народ — сюрдигор, живут в горах, по вершине реки Урюха и других ближних рек, против Малой Кабарды, расстоянием от деревни владельца Адильгирея Гиляксанова день езды, и с тою Малою Кабардою постоянный имеют мир, и взаимно между собою женятся, дюгоры и сюрдигоры на кабардинках, а кабардинцы на их дочерях, язык имеют особливый, а закону никакого не имеют, а прежде все были христианского закона, и для того и ныне, как и выше упомянуто, содержат посты по христианскому обыкновению, есть у них церкви каменные. Оные народы весьма военные, имеют ружье огненное, также сабли и кинжалы, и сами делают серу горючую, порох и свинец, и железо из руд, находящихся там же в горах».

О воинственности царгасатов писал в своем дневнике подполковник Генерального штаба России А. А. Штедер в 1781 г.: «В горах нас окружили чаркез-зетты, направившие на нас свои ружья». Основными занятиями царгасатов являлись охота, войны. После присоединения к России многие царгасата служили в российской армии.

С того момента, как горцами стали комплектовать взвод специального Кавказского эскадрона Собственного Его Императорского Величества Конвоя, мечтой едва ли не каждого осетина стала служба в нем. Претенденты на столь почетное место выдерживали огромный конкурс, проходя через не одно сито отборов. Сохранились документы одного из таких отборов. 1869 г. датирован «Список лицам, выбранным в кандидаты на поступление в конвой Его Величества». Среди кандидатов — урядник Хакяш Карабугаев, «23 лет, магометанин, из царгасат Дигорского общества». В послужном списке кандидата даны краткие сведения о претенденте. Родился в 1845 г. в с. Стур-Дигора. Образование получил домашнее. 3 мая 1861 г. поступил на службу в Терский конно-иррегулярный полк. «За отличие, оказанное в сем году при поиске и поимке абреков Умы и Атабая, произведен в урядники». После упразднения этого полка в 1865 г. поступил в Терскую постоянную милицию. Женат на Мелекхан, дочери подпоручика Бимболата Кубатиева. На момент составления списка в 1868 г. «имел сына Измаила, который находится при доме в с. Стур-Дигора». К этому времени имел серебряную награду для ношения в петлице на Анненской ленте, такую же — за покорение Чечни и Дагестана, и крест с надписью «За службу на Кавказе».

Пройдя сито отбора, Хакяш Карабугаев 8 сентября 1869 г. стал оруженосцем в Собственном Его Императорского Величества Конвое. 20 декабря того же года произведен в юнкера. 12 января 1871 г. «высочайшим приказом из юнкеров конвоя Его Величества произведен в прапорщики милиции». Во время прохождения службы в конвое Хакяш Карабугаев отличился в показательных выступлениях по случаю пребывания в гостях у императора России датской королевской четы.

Кандидатом в императорский конвой числился и Алихан Карабугаев (1877).

В приказах по отдельному Кавказскому корпусу среди прочих отмечены: пожалован чином майора и одновременно 150 рублями — Гонак Карабугаев; пожалован следующим чином и одновременно 100 рублями — Джамбулат Карабугаев. В 1871 г. в офицеры произведен Дзандар Карабугаев. Через 8 лет он значился помощником 2-й сотни Терской постоянной милиции.

В 1913 г. по случаю празднования 300-летия дома Романовых в числе представителей от Осетии находился Джандар Кубатиевич Карабугаев (1828). 30 августа 1858 г. «за отличие в поимке беглых арестантов награжден серебряной медалью с надписью «За усердие» для ношения в петлице на Станиславской ленте». Через 10 лет получил аналогичную награду на Анненской ленте.

30 октября 1863 г. «Его Императорскому Высочеству, Наместнику Кавказа, Великому князю Михаилу Николаевичу дворяне Дигорского ущелья Карабугаевы, Таймазовы и Кантемировы подали Прошение: «Прошло тому много веков, как племя черкезетов населяло часть Кавказских гор, омываемых с юго-западной стороны Черным морем. Будучи теснимы римскими народами, черкезеты удалились в пределы Персии и здесь долго были покровительствуемыми персидскими государями. Иго кровавых междоусобий и тут не давало им покоя. Они опять возвратились под защиту скал Кавказских гор.

Время умножало Черкезетов, и они не только были опасны важностью своею другим горским племенам, но даже цари заискивали дружбы вождей их. Свобода и независимость были их жизнью, — пробивая для себя дорогу мечом, они не находили преград в богатых долинах Кавказа; и долго, долго переходили с одного на другое место. Имена вождей их были грозой для других племен и потому часто приставали побежденные к ним; таким образом из черкезетов составились народы.

Последние из вождей их, предводительствовавших ими в кочевой жизни, были два брата: Черкезия и Шарваш, признав лучшими для заселения ущелья и долины, лежащие по ту сторону гор, отделявших Абхазо-Карталинское царство от кабардинских народов, начали населяться, будучи прельщены дикостью природы, небитаемых до того никем мест. Но младший брат Шарваш оставил брата Черкезию и, к счастью пожелавших следовать за ним, пошел к берегам Черного моря отыскивать родину своих предков. Найдя ее, он вместе с тем нашел там и народ. Покорив силою оружия, он начал здесь поселяться и впоследствии сделался властелином не только приведенных с собою и покоренных, но и смежных с населяемою ими землею племен. Этот Шарваш есть родоначальник ныне Светлейшего князя Шервашидзе.

Черкезия не оставлял попечением и тех, которые были ему преданы. Он начал поселять их, подавал им пример к трудам и изыскиванию средств к жизни из даров земли. Несмотря на то, что соседи Черкезетова нападали на них, но храбрый и благоразумный Черкезия отбрасывал нападающих, наказывал дерзких. Такие преимущества его противу других соплеменников своих еще более упрочили его положение с ними, и он, не говоря об общей преданности их к нему, пользовался любовью, и каждое слово его было для них и для остальных законом. Он был главой Черкезетов и вождем народа их.

Предводительствуя ими неустрашимостью своей и умом, он никогда не оставался побежденным, а напротив, слава его привлекала к нему и другие племена. Так что через несколько лет мало было одного ущелья; начали селиться другие, смежные с первым. Имя Черкезия уже было известно не как предводителя, а как великого вождя свободного племени. Он оказывал дружбу искавшим у него ее, наказывал тех, которые нападали на слабых. На такие правила Черкезия обратили внимание цари карталинские и имеретинские, и они не прочь были оказывать ему милости свои; он пользовался ими для управления им народа и в преклонных уже летах прославляемый всеми отошел в вечность, оставив после себя трех сыновей: Карабага, Тамаза и Кантемира. От них происходили мы (царгасата — Ф. Г.), носим настоящие фамилии... Сыны Черкезия умножили население. Совершенно достигли желания родителя своего, они прибавили еще поселения и уже оно приняло название страны Дигории».

Кроме царгасат Стур-Дигории и баделятов Тапан-Дигории, к «владельцам» относились гагуата донифарса. В 1864 г. в горах и на равнине Западной Осетии проживало всего 1390 дворов, из коих 32 двора царгасатов, 13 дворов гагуатов, 45 дворов баделятов.

Большинство царгасат в 1864—1867 гг. покинули родину и среди большой массы переселенцев осели в Турции, в с. Хымыли у города Каре. Позднее они перебрались в другие регионы Ближнего Востока, Западной Европы и Америки.